Зрителям Контакты

Головной убор как часть народного костюма

 

(отрывок из статьи Яскеляйнен Е.И. (г.Кухмо, Финляндия) «Народный костюм русских Кемского Поморья ХIХ - первой половины ХХ вв. в коллекции музея «Кижи»

 

Головной убор – удивительно многозначная и глубоко традиционная часть народного костюма. Коллекция музея насчитывает чуть больше двух десятков головных уборов, происходящих из различных поселений Кемского Поморья и датируемых ХIХ – I пол. ХХ в. Именно головной убор (в широком своем смысле, включая прическу и ее украшения и дополнения) явился отражением древнейших народных предсталений о магической силе волос и защитной, оберегающей роли одежды.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

В Поморье (так же как и в других районах Русского Севера) строго отличались девичьи и женские прически и собственно головные уборы. В древности, как известно, считалось возможным воздействовать на человека посредством волос. Волосы никогда не выбрасывали «на ветер», их сжигали или собирали, чтобы они не могли попасть кому–либо недоброму в руки. Этот обычай до сих пор сохранился в селах Поморья среди староверческого населения. Во время экспедиции в марте 1995 года, в с.Шуерецкое мы встретились с пожилой староверкой, которая аккуратно собирала свои волосы, складывала их в мешочек и хранила в сундучке с приготовленными «на смерть» погребальными принадлежностями.

Замужние женщины не должны были оставлять свои волосы открытыми, их заплетали в две косы и тщательно закрывали различными головными уборами. Молодые же девушки показали свои волосы «на людях», не закрывали их (особенно затылок). Заплетали девушки волосы в одну косу или, в особо торжественных случаях (например, в церкви, во время венчания), распускали волосы по плечам.

В старинных поморских свадебных причитаниях («вопах») даются многочисленные поэтические описания девичьей прически, заплетания и расплетания косы девушки–невесты. В день «рукоданья» (когда жених со своей родней приходит в дом невесты «взять руку»), рано утром невеста причитывала своей матери так:

Еще найди–кось дорогой, белой кости гребешок,

Заздыни–кось свою легкую правую рученьку

На мою–то на буйну головушку,

На тонку косу красовитую.

Уж зачеши–кось, загладь

Мою тонку косу красовиту

По одному да по единому русому волосу

По моим белым плечам могучим.

Возьми–кось с дорогого, белой кости гребешка

Очески, да обрывки моих русых волосов,

Да не бросай их на тонкий дубовый мост, на пиленный –

Завяжи–кось во плат во тальянский, во узел во немецкий;

Подержи–кось до крутой до красной весны…»

 

Коса являлась символом девичества, что особо ярко проявляется в свадебном обряде, в частности, в ритуале заплетания и расплетания косы невесты. При расплетении косы из волос постепенно убирались все украшения – косоплетки, ленты и пр., что являлось символическим устранением препятствий на пути к браку, поскольку лента также была своеобразным символом девичества и девичьей воли [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Видимо, именно поэтому, когда жених с невестой ездили «со славой» по всему селению, чтобы показать «момент перехода девушки из красно–привольного девичества» в «женско житье подначальное», невеста была с распущенными волосами, украшенными целым ворохом разноцветных лент» (описание нач. ХХ в.). В Нюхче и Колежме невеста была «снаряжена в самолучшее», волосы заплетены в одну косу, к которой, не вплетая, прикреплялись длинные широкие яркие ленты «аршина три».

Девичьим головным убором была повязка («перевязка», «перевясточка»). Этот убор охватывая голову вокруг, оставлял ее верх (макушку, затылок) открытым. Повязки могли быть обшиты позументом, украшены вышивкой, жемчугом, могли иметь жемчужные (или бисерные) поднизи.

Праздничной девичьей повязкой и головным убором невесты в селениях Кемского Поморья была шелковая косынка «с морямы» (разводами), свернутая в виде довольно широкой (ок. 4 см) ленты. Концы косынки обводились вокруг головы и спереди завязывались узелком, кончики узелка составляли бантик и закреплялись булавками. Поверх косынки надевалось украшение – т. н. «нитки жемчужные» (местн.: «жемчуг», «нить жемчужная», «перо», «бус») – в виде соединенных между собой нескольких рядов снизанного мелкого речного жемчуга. «Нитки жемчужные» крепились к косынке («повязке») также при помощи булавок. В Колежме для того, чтобы «перо» сохраняло необходимую форму («ловчее сидело») под него «клали свернутую треугольником плотную бумагу». Если у девушки не было подобного жемчужного украшения, то украшением ее повязки был бантик, сделанный из концов косынки; кончики его «прихватят, приколют булавками, и на концы – по брошке…». Можно было украсить иначе: из одного конца косынки сделать бантик и приколоть его булавками, а второй конец «протянуть и булавкой тоже приколоть; и наискосок надо прикрепить брошечку. На левом боку – бантик, на правом – брошка».

На невестиной вечерине в канун дня венчания (с.Колежма) главное отличие наряда невесты от подруг состояло в том, что волосы ее были распущены (не заплетены в косу) и слегка скреплены узкой ленточкой (м. н. «бархотка», «подволосник»), к которой прикрепляли широкую яркую атласную ленту. Головным убором невесты был уже описанный ранее убор из косынки, свернутой полосой. Но в данном случае, он назывался «волей». Поверх нее надевалась жемчужная нить или брошки. В с.Нюхча (на «вечерке», подобном колежомской вечерине) девушки были «в хорошем обряде – косынки, ленты привяжут, оденут кольца, браслеты…».

После венчания в церкви, во время которого невеста стояла с распущенными волосами в девичьей повязке («шелковой перевясточке»), ее волосы делились прямым пробором на две части и туго заплетались в две косы из трех прядей каждая. Концы кос связывали вместе узенькой ленточкой или шнурочком («подкорешком»). Связанные концы кос поднимали наверх так, чтобы кругом охватить голову, т.е. оборачивались вокруг головы[123], после чего на невесту одевали повойник – головной убор замужней женщины. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Повойник (м. н.: «повойник», «карта», «кружок») – широко бытовал в кон. ХIХ – первой трети ХХ вв. у русских Кемского Поморья (так же как и у карел Северной Карелии). Он имел вид облегающей голову шапочки с мягким «очельем», но твердым донцем («донышком»). С изнанки донца проклеивались, дублировались холстом или х/б тканями, могли быть посажены на бумагу. Мягкие очелья по верху собирались мелкими складками. Шились они из различных шерстяных однотонных, часто узорного тканья фабричных материй, реже – из хлопчатобумажных, как пестрых, так и однотонных. Концы очелья не сшивались друг с другом сзади, они имели завязки в виде шнуров или тесьмы, которые стягивались и перекидывались через голову на лоб.

Донца повойников, близки по форме к овалу, со стрельчатым нижним концом. Они удивительно разнообразны по своему цветовому и орнаментальному решению. Выполнены «донышки» чаще всего из бархата темных цветов (малиновый, вишневый, сиреневый, коричневый) и орнаментированы золотной вышивкой. Материалом для вышивки служили металлические волоченые нити: «золото волоченое», «золото пряденое или сканое», использовалась также «бить» и «канитель», блестки, бисер и речной жемчуг.

Центры золотошвейного дела на Севере были известны с ХVI–ХVII вв. Применялась техника шитья «по карте» «в прикреп», когда вырезанные из картона рисунки узоров прикладывались к ткани и застилались стежками золотных нитей, а с изнанки подхватывались бумажными или шелковыми нитями. Шили золотом и поверх стеганого узора, выполненного толстыми хлопчатобумажными нитями. Контуры рисунка часто обшивались крученым шнуром; дополнительным украшением были блестки, канитель и стеклышки. Вышивка обычно заполняла не всю поверхность донца, а частично оставляла фон. Изготовлялись донца и т. н. «кованным шитьем», без оставления фона, который вместе с узором полностью расшивался золотными нитями.

На вышитых донцах повойников, как правило, представлены симметричные композиции из растительно–геометрических узоров, прежде всего, цветущих побегов, бутонов и раскрытых цветов. В центре композиции по вертикальной оси обычно представлено сложное полиморфное изображение: многолепестковые цветы, дерево и, что особенно важно – антропоморфные фигуры, часто повторенные два–три раза, одна над другой. Трудно в наши дни понять глубину смысла этих вышитых узоров, но очевидна их древняя магическая сущность.[текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Как считают многие поморские жители, донца (их часто называют «кружок») вышивались «в стары–стары времена…», и изготовлялись они, в том числе, и домашним способом. В описаниях 5 г., сделанных Н. Озерецковским, упоминается, что монастырские женщины (монастырь Лекса), которых называли белянками, вышивали золотом и серебром башмаки, перчатки, повойники и шапки – на продажу. Занимались этим они зимой, наряду с прядением и ткачеством.

Как правило, донце повойника по сравнению с очельем значительно дольше не изнашивалось и, в дальнейшем, могло пришиваться к новому убору. Донце могло быть подарком невесте во время вечерины в канун венчания (с. Нюхча) от своей будущей свекрови, наряду с платком и мотком золотных ниток для вышивания узора на повойнике («цепки золота»). На налобную часть повойников (м.н. «очелье») требовалось полметра ситца, которым невесту также одаривали знакомые.

В очерке о кустарной промышленности в Поморье 1912 г., особо выделяются золотошвейные женские ручные работы, названные наряду с кружевными и вышивальными. По утверждению автора, это ремесло в Поморье существует с незапамятных времен. Вышитые золотом по бархату и шелку изделия, по преимуществу «кружки», имели сбыт лишь на внутреннем рынке, а за границу почти не экспортировались.

Повойники плотно сидели на голове, благодаря стягивающим завязкам и уложенным надо лбом косам. Этому же способствовала и узкая лента из бархата (м.н. «бархотка»), как правило, черного цвета, 2–3 см шириной, с застежкой сзади на крючки, которую надевали на лоб, под повойник. При этом бархотка должна была несколько выступать из–под головного убора. Но и это был еще не полный убор. Дополнительно повойник укреплялся на голове шелковой косынкой, свернутой в виде полосы также, как и в девичьей повязке. Эта косынки была несколько шире девичьей, т.к. ею старались полностью закрыть очелье повойника, оставив при этом открытым донце. Также, как в девичьей повязке, концы косынки перекрещивались сзади, проводились вперед и закреплялись надо лбом различными способами. Это могли быть продетые через кольцо и украшенные брошками бантики, которые крепились при помощи булавок. Сверху на косынку надевались «жемчужные нитки» («бус», «жемчуг», «перо»).

Внутри повойников, прямо по вертикали по центру (надо лбом) пришивалась или прикалывалась вставленная т. н. «тычка», «тычок» – свернутая туго, в виде брусочка, бумага или ткань. За счет нее, верх повойника получал «треугольное», острое завершение. Такой повойник называли «угловой». По свидетельствам жителей Поморья, кроме таких «угловых» с косынкой и «жемчугом» повойников, носили и «прямые» или «круглые» повойники. Они были «накруговую» все украшены вышивкой мелким, часто разноцветным бисером.

Праздничные головные уборы девушек и женщин бытовали в Поморье еще в 1930–х годах, в послевоенное время уже не использовались и надевались «только любителями». Хорошо помнят шуеречане поморскую женщину из Кеми, которая в 1950–60 е годы приезжала в село на праздник Параскевы Пятницы «вся в наряде», в том числе и в полном головном уборе.

Кроме специально сшитых, описанных выше головных уборов, до сих пор повсеместно распространенными в Поморье разнообразные покупные платки и шали. У каждой женщины «в покруте» (наряде, одежде) было много атласных, гарусных, ситцевых платков, косынок и шалей. Платки были не только головными, их носили и наброшенными на плечи. Они могли надеваться поверх повойника, по несколько одновременно – один на другой и повязываться по–разному. В 5 г. в с.Сорока на о.Ковжино старушка, собираясь на службу в церковь, прежде всего убрала волосы – «накрутила покорешек» (своеобразный шнурочек), обвив им голову дважды. Сверху надела черную «бархотку», связав ее концы сзади тоненькими завязочками на бантик, поверх бархотки надела небольшой тонкошерстяной клетчатый серо–оливковой расцветки платок – концами назад «шапочкой» (как чепец), а сверху – еще один черный тонкий гарусный платок с кистями, завязав его узлом под подбородком. Поверх всего (на улицу) – большой серый пуховый платок. Та же женщина, рассказывая о старинных нарядах, многократно упоминала о любимых поморками шалях: «больших, как ковры, с кистями – по полуаршина».

Многие поморы рассказывают о том, как по–разному в селениях и деревнях относились к цветовому соотношению в наряде. Платок, косынка, шаль, ленты играли в этом не последнее значение. Сорочанки, сумлянки по многочисленным свидетельствам одевались с большим вкусом, ими были любимы светлые шелковые шали (бежевые, светло–коричневые), которые подходили для сарафанов любых цветов. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Таким образом, нужно отметить, что платок, шаль, косынка могли быть как самостоятельным головным убором, так и его составной частью. Постепенно вытесняя старинные головные уборы, именно платок становится преобладающим убором девушек и женщин в 1 пол. ХХ века.

Все головные уборы разделялись на будничные и праздничные, при этом праздничные также различались между собой («большие», «свадебные», «выходные», «выездные» и т.п.) – аналогично другим частям костюма. Будничные уборы были изготовлены из более простых фабричных х/б тканей (ситца, коленкора, миткаля и др.).

Особо нужно отметить головные уборы староверческого населения Кемского Поморья. Традиционными были все те же косынки, платки, чепцы, повойники, бархотки, ленты. В девичестве носили опоясывающую голову перевязку (повязку) в виде косынки, перегнутой по ширине ленты. По рассказам жителей с. Шижня, в с. Сухом староверческая наставница Фекла «… всю жизнь лет до 70–ти носила узенькую косыночку на голове, не очень яркую, шелковую» – девичий головной убор, т. к. никогда не была замужем. О подобном же рассказывали и в с. Шуерецкое: «… прическа у тети, которая Богу посвятила всю свою жизнь (т.е. староверки – Е.Я.) была как у старой девы – не плела косы, а обводила голову «бархоткой», повойник не носила никогда».

Новоженки (женщины замужние, недавно присоединившиеся к старой вере, «не прошедшие всего искуса, не вникшие во все правила согласа») – могли надевать повойник. В пожилом возрасте женщины-староверки завязывали на голове платок «шапочкой». Как говорили нам в Поморье только вдова, которая жила отдельно, становилась «настоящей староверкой». Она уже никогда не надевала золотного повойника, основным головным убором для нее становился платок.

Платок надевался староверками особым образом – «на покромку». Он перегибался с одной стороны «по кромке», при этом два угла скреплялись под подбородком, а два других угла оказывались в развернутом виде на спине. Платки попроще завязывались под подбородком в узел, а нарядные шелковые – закалывались булавками. На праздничные службы одевали более красивые платки, причем для каждого большого праздника, платок мог быть особый. «Выходные», «выездные» (в дорогу) платки были очень большими, ткаными из шерстяных, шелковых нитей, орнаментированные узорами и длинными кистями. На ежедневные моления, чтобы избежать жары, одевали легкие сатиновые или шелковые платки темных цветов: черные, коричневые, бордовые и др. Ярких платков не использовали. [текст с сайта музея-заповедника "Кижи": http://kizhi.karelia.ru]

Таким образом, головной убор староверок традиционно сохранял свой знаковый характер, указывая на возраст и семейное положение женщины.